California Coast Trip: San Antonio Mission & churсh

Приблизительно через двадцать миль от морских львов начинается Лес Отцов. На английском это звучит гораздо менее напыщенно, может быть, потому, что часть названия – на испанском. Заказник называется Los Padres National Forest.

Назван Лес Отцов в честь (ясное дело) отцов. Назвал его не кто иной, как Т. Рузвельт в 1936 году, переименовав из прозаического “национального заказника Санта-Барбары”. Отцов, ясное дело, было много (иначе бы не переименовали). В заказнике (или рядом с ним) находятся аж восемь из францисканских миссий, которые обильно основывали монахи вдоль побережья Калифорнии в период с 1769 по 1797 годы. Назову две наиболее известные – миссия Санта-Барбара (мы там уже были) и Кармель (там мы не были).

Сама идея с отцами родилась, как решение довольно долгого спора между округами (counties), в которых привольно раскинулся заказник.

Поскольку заказник получился огромный, заполучивший две тысячи акров земли (8 кв. км) и ухитрившийся расположиться и в центральной и в южной Калифорнмии, каждый затронутый округ считал честью добиться того, чтобы лес назвали его именем. Лоббисты передрались в Вашингтоне и наконец какая-то светлая голова (может быть, даже сам Рузвельт) выбрала нейтральное название. Почитать про это дело можно тут. Если кого волнует историческая топография Монтерейского района, смотрите тут.

Но я отвлекся. Сам лес Отцов нас интересовал лишь постольку, поскольку через него проходит извилистая дорога с незамысловатым названием Nacimiento-Fergusson Road. Дорога эта – единственное прямое сообщение US 1 Hwy и US Hwy 101 в этом районе, откуда логично вытекает, что проходит она через перевал. Как и положено горной дороге, она весьма извилиста и на протяжении первой части (подъем к перевалу) открывает отличные виды на океан, горы и пр.

За это дорогу ценят мотоциклисты. Мотоциклистам вообще деваться некуда, кроме как выбрать дорогу поизвилистее в какой-нибудь глуши и оттачивать там свое мотоциклетное мастерство.

Если надо куда-то подниматься по горной дороге, будь уверен – наверху будет как минимум один байкерский ресторан и куча “Харлеев” перед ним. На дороге Насимиенто-Фергюссон такого ресторана нет лишь потому, что она упирается прямиком в тренировочный полигон американской армии Форт Хантер-Лиггетт.

Правда, до полигона нам еще надо было доехать. Сейчас объясню, почему. Для тех, кто не силен в испанском, вот точный перевод слова Nacimiento:

Nacimiento
Произношение: Na cee mee en toe
Часть слова: глагол
1 : Свободно падать под действием силы притяжения, свободно болтаться
2 : Упасть навстречу смерти, не вписавшись в поворот горной дороги.
3 : Вывернуться наизнанку, увидев километровый отвес, обрывающийся вниз в метре от себя

Вообще-то я вру. Nacimiento – это отглагольное существительное, образованное от глагола nacer, то есть “рождаться”. Отсюда любой выведет, что слово Nacimiento означает “Рождение” или, если врубиться в контекст, “Рождество”. (Недобрым словом хочется помянуть вас, отцы-францисканцы!) Кстати, при чем тут Фергюссон, так и осталось невыясненным.

Забравшись за перевал, мы проехали станцию лесной службы, пару кемпингов, закрытых по случаю лесных пожаров и уткнулись в границу армейского полигона Форт Хантер-Лиггетт.

Шлагбаум у домика был поднят, но на всякий случай мы остановились. Из домика вышел добродушный толстый дядька в погонах и спросил: – “Куда направляетесь?”. Я склеил простецкую морду и спросил: “А миссия Св. Антония в этом направлении?”. “В этом, в этом.” – согласился дядька. “Спасибо!” – сказал я и включил передачу. Раздался скрежет разгоняемых с места в карьер дядькиных мозгов. “Стой, стой!” – поспешно сказал он. – “Сначала предъявите документы, оба.”. Я и жена послушно предъявили… выданные в Калифорнии водительские права. Дядька глянул на них пару минут, кивнул и дал добро на проезд. “Если повстречаетесь с армейским транспортом или солдатами, пожалуйста, заранее уступайте им дорогу. У нас идут учения, не мешайте им.”

Тут мне положено злодейски хихикнуть и предъявить кучу фотографий американских военных учений, снятых из окна автомобиля. Но их у меня нет, потому что я их не снимал. Во-первых, потому что стеснялся. Во-вторых, учений мы толком не видели – один раз мимо прошла колонна грузовиков и самоходок, второй раз мы видали танк на огневой позиции – вот и все секретные сведения. Если вам действительно интересно посмотреть на фотографии, вот вам результаты поиска на google images, там много и грузовиков и солдат, возможно, даже танк найдете. Например, солдат с гранатометом там на первой странице результатов.

Кстати, в форт Хантер-Лиггетт можно приехать поохотиться на кабанчика. Вот сюда, например (там даже есть фото кабанчика. Хрю-хрю.). Да, охотиться можно прямо там (ну американцы буржуи, а?), начинаешь за полчаса до рассвета и заканчиваешь получасом позже заката. Условие одно – если будут военные учения, не выпендриваться и выметаться. Выглядит полигон примерно так:

Кончается дорога Насимиенто в поселке Холон, который находится посередке армейского полигона. Оттуда мы свернули на дорогу к миссии Св. Антония, куда мы, собственно, и собирались.

Музей при миссии начинается за полкилометра до самой миссии. У дороги стоят деревянные щиты, на которые написана различная историческая информация. К сожалению, чтобы проникнуться, надо было идти туда пешком, а с младенцем на руках это было мало возможно. Поэтому мы проехали мимо щитов, запарковались у миссии, выключили мотор и только тогда осознали, какая там удивительная тишина. Посреди этой тишины стоит Св. Антоний и взирает в поля.

В полях стоит тщательно сохраненный скелетик индейской хижины и разнообразие сгоревших на солнце трав.

Вообще говоря, вся миссия – это музей и действующая церковь, но по причине удаленности церкви от крупных поселений (армейский резерв не считается) толпы верующих отсутствуют. Да что там верующие, кого-то из персонала музея (или работников церкви, на ваш вкус) нам удалось увидеть лишь случайно: полная вышла во внутренний двор и долго, мучительно кричала “Хесус!”. Ну, на самом деле не Хесус, а какое-то другое имя, но я не помню, какое. Хесус, кстати, так и не появился и через десять минут она удалилась обратно в дверь с надписью “только для работников церкви”. Больше мы персонала не видели.

Зато мы увидели очень благостную табличку, нарисованную прямо на стене.

Табличка сообщила нам, что первый брак в Калифонии был зарегистрирован здесь, в миссии Св. Антония, 16 мая 1773 года от Рождества Господа нашего. Поженились некто Хуан Мария Руиз, возрастом 25 годков, из Мексики, и Маргарита де Кортона, возрастом 22 года, из индейцев Салина. Аминь.

Сама церковь вполне классическая, с библией и псалтирем на каждой скамье. Вот вид на алтарь:

По стенам развешаны картинки, изображающие Страсти Христовы. Картинки сами весьма традиционны, приведу только одну. Она называется “Пилат умывает руки”. Будете смеяться, но Пилат действительно моет руки, а Иисус глядит на него с укором.

Вершина наивного искусства, на мой взгляд. Иисус, тернии. Пилат, тазик. Ничего лишнего. Я был сражен наповал и опустил фотоаппарат, не запечатлев ни внутренний двор, ни фонтан. Суета это все, суета.

Побродив по миссии, мы вернулись на парковку, оккупировали близлежащий столик, предусмотрительно поставленный парковой службой, разогрели на газовой горелке банку консервов и пообедали. Предстоял долгий обратный путь на побережье. По дороге мы успели немного заблудиться и выехать из армейской территории с другой стороны. Поплакавшись рядовому на шлагбауме, мы заехали обратно и на этот раз добились успеха. Впереди по Первой дороге лежал Парк Печей для обжига извести. (Limekiln State Park).

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *