Любое путешествие начинается с карты. Про это даже Сапковский писал. И именно отсутствие детальной карты с тщательно прорисованным крестиком там, где зарыто Сокровище, помешало нам не только ознакомиться с таинственным островом, но даже до него доехать. В назидание себе я сотворил из спутниковых снимков (courtesy of Terraserver USA) вот эту карту, которую и предъявляю публике. Так как карта спутниковая, то крестик и Сокровище на ней отсутствуют. А жаль.

А было дело так.

Жила была Морра, (она же Mårran, она же Mörkö, она же Hufsa, известная англоязычным читателям как The Groke, а мексиканцам как La Coca.) Эта Морра очень, как мы все помним, любила одиноко сидеть, желательно там, где потеплее. Когда-то она отморозила себе попу насмерть и с тех самых пор промораживала насквозь подушки на стульях и оставляла круги изморози у крыльца. С тех пор высокие каменюки в гаванях называют Морро. А уж потом, как водится, насочиняли версий. По одной из версий “морро” означает по-испански “корона”. По другой – “каменюка”. По версии Гуглевского переводчика-автомата – “нос”, а Мультитран приводит уйму вариантов, суперпозиция которых – “нахальная ряшка с набалдашником каменюкой”. В-общем, местная достопримечательность, как Сахарная Голова в Рио-де-Жанейро.

Нарек залив и соответствующую нахальную каменюку в 1542-м году широко известный в Калифорнии не то испанец, не то португалец Хуан(Жуан) Родригес Кабрильо(Кабрило). Этот тридцатиметровый камень – не что иное, как остаток когда-то действующего вулкана, одного из девяти. Эти девять кольценосцев вулканов опочили примерно двадцать миллионов лет назад, так что ныне их называют не “Ужасные подземные боги, угрожающие очередным глобальным вымиранием в локальном масштабе”, а “Девять Сестер”.

Карту, на которой изображены восемь из девяти каменюк-кольценос… сестер, можно посмотреть тут. Девятый, как и положено, опочил отдельно от других, в глубинах Тихого океана.

Некоторое время у Морро пришвартовывались испанские галеоны, потом Калифорния стала Мексиканской, ну а потом – американской, со всеми вытекающими последствиями. Где-то посредине, то ли благодаря испанскому снобизму, то ли американскому нахальству, наглую ряшку набалдашником гордо поименовали “Тихооканский Гибралтар”. Геркулесовы столбы то бишь. Думаю, в Аиде кто-то вдоволь посмеялся.

У залива Морро интересная топография – он со всех сторон окружен землёй. См. карту. От океана залив отделен песчаной косой, а выход почти полностью загораживает Камень Морро. Получившаяся картина очень напоминает карты Калифорнии тех времен, когда она еще была островом.

Что, вы не знаете эту историю? Как-нибудь расскажу, у меня даже есть приличные фотографий тех карт. В 16-17вв это было. Но вернемся к заливу.

Когда-то песчаная коса была гораздо уже, а судоходного входа в залив не было. За двести с лишним лет известной картографической истории вход в залив расширился, но расширилась и коса, к которой прибавились метры и метры отличных песчаных дюн. Судя по всему, через несколько столетий речные отложения превратят залив в мелководную лужу.

А камень Морры всё стоит себе. Когда-то там были каменоломни, а сейчас это достопримечательность штата. Коса с дюнами, где когда-то поселенцы из Монтерея стреляли медведей гризли, сейчас природный парк штата и называется Монтанья Дель Оро.

На камне гнездятся соколы и дикие скалолазы. Дикие потому, что лезть туда запрещено, а во-вторых, спасибо обваливающимся склонам, слезть оттуда без посторонней помощи очень сложно. В-общем, тем, кто туда залезет, развлечение обеспечено.
Скалолазы стали дикими с 1968 года, когда камень объявили птичьим заповедником и местной достопримечательностью. Местные индейцы Салинан утверждают, что именно на этом камне когда-то Ворон и Сокол уничтожили змеюку-монстра Талиюкатапелту. Мужик индейских кровей Джон Барч, утверждая, что в детстве его родители взбирались на Морро, чтобы проводить древние индейские религиозные ритуалы, а посему он хочет забраться туда еще раз. Упорный Барч в 1999-м году получил-таки специально выданное разрешение от Департамента Рыбы и Дичи. Аусвайс разрешал Барчу взбираться на Морро в строго определенные дни для проведения религиозных церемоний. Первая пара восхождений прошла без инцидентов, а в третий раз, к несчастью, Барча заметили местные любители рассматривать соколов в бинокли.

Далее – интеснее. Сии любители соколов объединились с представителями еще одного местного племени индейцев – Чумаш. Я так понимаю, Чумашам стало завидно, что вот Барчу можно – а им нельзя. А объединившись, соколятники и Чумаши стали лоббировать местные органы власти с предложением отобрать у Барча аусвайс, чтобы не нарушать птичьи права. Поднялся хай.

Вот вы думаете, маленьких обижают. А всё не так-то просто. Взгляните на эту фотографию.

 
 

На ней – чайка. Но хрен с ней, с чайкой. На заднем плане – электростанция, принадлежащая PG&E. И ее как раз собирались сносить, чтобы построить новую, улучшенную. По закону, весь процесс должен проводиться под наблюдением местного индейского племени, чтобы все ценные артефакты попадали в нужные руки. А преобладающее индейское племя в этом регионе – это Чумаши.

Вот представьте себе удивление Верховного Совета Чумашей, когда они узнают, что некий Салина по имени Барч объявляет камень Морро ценной религиозной достопримечательностью своего племени и якобы начинает заигрывать с властями по поводу того, чтобы быть этим самым индейским наблюдателем при строительстве. Неудивительно, что Чумаши обозлились. Это было начало истории.

Электростанцию, правда, уже перестроили, а упрямый Барч добился-таки разрешения на свои религиозные ритуалы и Чумаши его в этом поддержали, так что в 2005-м году он полез на Морро опять. Что говорит о том, что сироту всякий норовит обидеть, но все хорошо, что хорошо кончается.

А вот я потерял карту. Ту самую, с крестиком на месте Монтанья Дель Оро, распечатанную из гугльмэпс. Как раз, когда мы подъезжали к заливу Морро.

View Larger Map

Навигатор с гордым именем Магеллан упорно утверждал, что на Монтанья Дель Оро не ведет никаких дорог. С горя мы принялись ехать по указателям и заехали в парк “Камень Морро”. Парк там очень маленький, зато есть отличный кемпинг с бордюрами и сортирами из местного камня. Весь кемпинг, включая сортир, выстроили Трудармии во времена Великой Депрессии. Работа солидная, это я вам говорю как человек, выстроивший не один сортир в своей жизни. Также оттуда открывается приличный вид на собственно камень и городишко при ём.

 
 

Тихоокеанский Гибралтар, а?

Лишив себя таким вот образом Монтаньи Де Оро, мы решили ехать дальше на север. Проехав с полчасика, мы доехали до замечательного пляжа с видом на Морро:

 
 

Пляж навевал романтические байроновские чувства. Хотелось цитировать “На носу один стою я – и стою я, как утес!” – но так как мы были втроем, я ограничился кучей романтических фотографий.

 
 

 
 

 
 

 
 

 
 

 
 

 
 

 
 

На этом пляже мы гуляли до заката. Следующая запись – закатные фотографии.