Окно после заката и до полуночи ни за что не открывать. Как небо посветлеет – лишь тогда, чтобы воздух свежий зашел, огладил по горячим головам всех спящих. А много ли им надо, уже потянулись сладко, вздыхают о чем-то сквозь дрему, одну на всех, да пуховое одеяло общее.

А нам тоже спать надо, да не спится. Вечером носом поклюем под новости, как будто и поспали. Да и почки уже не те, как петухи пропоют – тут и в туалет бежать среди ночных вечнозеленых помидоров. Помидоры-т не торопятся, им еще в ящиках весь сентябрь зреть да зреть. А нам куда ж.

Ставни еще надобно закрывать, да тяжко. А закроешь – так и лучше. Во прошлом годе камень в окно кинули, обе рамы выстеклили. Господь сподобил, не спал никто на кровати, а то осколками бы посекло личико. Пацаны напьются, да озоруют. На прошлой неделе у соседа забор поломали, а штакетины по улице разбросали.

Соседка хоть заходит, Рива, молочко заносит. Подешевше его продает, за десятку литр, и в магазин ходить не надо. А молочко я кипячу как следует. Коровы-т у Ривки все бруцеллезные, хоть она и не говорит.

Дети соседские озорничают. Заберутся, как стемнеет, в огород, малину объедят. Мак я посеяла, так весь выдрали, не успел еще и созреть. Я уж теперь мак не сею, обойдусь. Травки хоть не трогают, и то ладно. А трубу от автоклава больничного я загнула молотком, чтобы весь пар в малину выходил, а на помидоры бы не попадал. Больничные ругаются, что автоклав плохо работает, ходят и выпрямляют. А я по чуть-чуть загну, им не видно.

Они почему озорничают, потому что дом им двухэтажный построили, на двенадцать квартир, а земли при нем нету, один асфальт. А сзади так и вообще болото, так им и поиграть негде. А мамаши ихние – Иди гуляй! Иди гуляй! Где ж им гулять-то.

Колька давеча заходил, сантехник. Говорит, Катерина Петровна, я вас уважаю и очень для вас все сделаю. На бутылку намекает. Его уж и увольняли два раза с той больницы, да что толку. Как прорвет трубу – где Колька? А уволили неделю назад. Зовут обратно, что делать. Главврач зубами скрежешшит, да обратно нанимает.

Могилки бы подправить, да совсем больная стала. До кладбища сама не дойду, надо шоферов просить подвезти…