Аурум (2)


Аурум некрасиво обмяк в кресле, закинув голову так, что кадык выпятился, словно кулак, утянутый со статуи социалистического вождя. Эш утерла слезы и задумалась. Ясно было, что старик врал, как сивый мерин. Не полностью, конечно – в нужных местах он говорил правду для усиления общего эффекта. Программирование всей страны – это, конечно, фуфел для дешевого научно-фантастического боевика. Про встроенные личности-парсуны он, скорее всего, говорил правду, но сколько же их внутри нее на самом деле, оставалось большой загадкой. И еще нужно было срочно узнать, зачем этому подлецу понадобился Просперо… или дело вовсе не в Просперо, дело в самой Эш? И вообще, может, он меня уже опять запрограммировал?

Поразмыслив, Эш не стала трогать Аурума. Заставив себя встряхнуться, она посетила ванную, умылась, переоделась и отправилась в ближайшее интернет-кафе за свежей информацией.
Как и следовало ожидать, никакого прорыва в технологиях Аурум не совершал. В. Златый защитил докторскую диссертацию по использованию нанотехнологий в лечении эпилептиков и спокойно работал в компании Мед-ОК до самой войны. Ни глава компании Мед-ОК, ни кто-либо другой из тамошних управленцев в президенты не баллотировался. Последним президентом Северо-Американских Соединенных Штатов перед войной был некий А. Бьючел, демократ со скучной биографией, никак не связанной с медициной. Петера Эш в интернете не нашла, но некто по имени Петеван Кураджян значился вместе со Златым в списке выпускников престижного медицинского вуза. Впрочем, это мог быть совсем другой человек…
Эш откинулась на стуле и глубоко вздохнула. Вокруг гомонил народ, азартно рубящийся в какую-то стрелялку по сети. Официанты споро разносили кофе. Эш задумчиво отхлебнула свой, успевший остыть, капучино. Утерев пенку с губ, она вновь вернулась к клавиатуре.
Если верить редким упоминаниям в записках блоггеров, компания Мед-ОК была вчистую разбомблена вместе с деловым центром города Ирвайн в первый же день братоубийственной войны. После этого никаких упоминаний о Златом, Петере и компании Мед-ОК не встречалось ни в блогах, ни в вики, ни даже в архивах новостей. Президент А. Бьючел благополучно просрал войну, после чего вооруженные силы США совершили военный переворот, расколов среднюю полосу США надвое. В Калифорнии и в Канаде к тому времени уже догорели пожары. Одноэтажные пригороды угрюмо строили баррикады и блокпосты на съездах с автобанов и восприняли новости о трагической смерти А. Бьючела и подрыве мертвых тел вместе со зданием Капитолия с большим воодушевлением. Никаких фамилий, фотографий и вообще конкретных сведений о том, кто и как конкретно взорвал Капитолий, найти не удалось. Единственное фото, опубликованное официально, показывало Овальный кабинет, полный мертвых тел и следов от автоматных очередей на стенах.
Эш задумчиво попыталась отпить еще капучино из давным-давно опустевшей чашки. Никаких следов. Впрочем, этого и следовало ожидать, при таких-то размахах у власть имущих было достаточно времени, чтобы замести следы. А утечки, если они где-то и есть, потребуют долгого времени и тонкой работы, чтобы их разыскать…. Эш вздохнула и перешла к поискам в международной прессе.
Пока Америка сражалась сама с собой и с Канадой во имя идеалов демократии, в Европе вдруг вспыхнули войны на национальной почве, превратив относительно благополучный Евросоюз в котел не хуже Балкан. ООН после долгих метаний по Европе перенес свою штаб-квартиру в Австралию, где благополучно и был забыт всеми. Россия, которой сам бог велел воспользоваться неразберихой в рядах потенциальных соперников, вдруг насмерть поссорилась с Китаем. Япония попыталась аннексировать Сахалин, но не успела – пала жертвой экономической депрессии в связи с крахом глобальной мировой экономики.
Всю ситуацию можно было кратко описать в трех словах: полный развал всего.
Заказав четвертую чашку кофе, Эш мысленно попыталась прикинуть – мог ли получившийся всеобщий бардак быть результатом тотального психопрограммирования. Увы, ничего определенного вывести из воплей и плачей мировой прессы было нельзя.
Из-за спины донесся знакомый деликатный смешок. Эш взвилась со стула и обнаружила Аурума, в кожаном пальто, из-под которого виднелась новая пиджачная пара. На шее старика сиял ослепительно алый галстук.
– Аурум. Что ты здесь… – Эш осеклась, затравленно оглядываясь вокруг.
Аурум не спеша отобрал у нее чашку и смачно отпил из нее капучино.
– Вот так. – удовлетворенно сказал он. – А то с деньгами нынче проблемы, едва на новый прикид наскреб.
– Проблемы?… – медленно заводилась Эш. – Ты хоть знаешь, что говоришь? Зачем ты здесь? Кто ты вообще такой?!
Старик с наслаждением, но быстро допил капучино, поставил чашку на столик и с удовольствием вытер кофейные «усы» салфеткой.
– Знаю. Рассказать?
Эш обмякла, как марионетка с оборвавшимися ниточками. К столику уже неспешно подходил охранник, выпятив грудь, тесно обтянутую униформой.
– У вас проблемы, мисс?
– Нет, нет проблем. – натужно сказала Эш. – Я просто собралась уходить.
Охранник с сомнением кивнул и удалился обратно на свой стул в углу. Эш стала пробираться между столиками к выходу, не обращая на Аурума внимания. К ней было поспешил официант, но Эш сунула ему купюру в сто тысяч долларов и тот отстал.
Оказавшись снаружи, Эш подождала, пока Аурум не поравняется с ней и смачно залепила ему пощечину, заставив оглянуться всех прохожих. Златый потер правую щеку и задумчиво улыбнулся.
– Эш, ты ведешь себя, как ребенок. – сказал он, а затем продолжил, беззвучно шевеля губами – Wake up…
Эш отпрянула.
– Ты не посмеешь…
– Ты права. Не посмею. – согласился Златый. – Пойдем, тут парк рядом. Поговорим на скамейке, на лебедей полюбуемся.
До парка оказалось приблизительно полчаса ходьбы. Там действительно был пруд, а в нем плавала пара лебедей и несколько десятков обычных диких уток. Лебеди и утки огибали друг друга по широкой дуге. Пруд был опоясан бетонной дорожкой, вдоль которой стояли деревянные скамейки. На одну из них и уселся Аурум, поманив к себе Эш. Та вздохнула и осторожно опустилась на противоположный конец скамьи. Аурум начал без предисловий:
– Ты человек умный, поэтому домашнюю работу ты сделала за меня: ознакомилась с международным положением, прошерстила интернет, блоги, архивы… и ничего не нашла, правильно?
Эш промолчала.
– Далее – продолжил Златый. – Ты принялась думать приблизительно в таком ключе: все, что этот старик говорит, может быть как правдой, так и ложью, никаких доказательств ни того, ни другого – нет. Более того, ты не уверена, что он или кто другой не манипулирует твоим сознанием без твоего ведома. Так?
Эш молчала. У противоположного берега пруда кто-то швырнул в воду кусок булки и вызвал к жизни нешуточную свалку.
– Эшка, я тебе не скажу, где я врал, где нет. Из вредности. – вдруг хитро прищурился Златый, и Эш немедленно захотелось вцепиться ногтями ему в лицо. – Но сама посуди, это ли тебе нужно? Тебе нужно обрести контроль над собой, над своей жизнью, и этот контроль я тебе обещаю. А вру я или нет про свою цветастую биографию, это тебе должно быть совершенно безразлично.
– Петер… это Петеван? – зачем-то спросила Эш. Аурум хихикнул. – Нет, конечно. Я и не помню никакого Петевана. Петер – это я его так прозвал, а имечко и прилипло. И хватит о прошлом, ага? – вкрадчиво предложил он. – Какая тебе, к примеру, разница, откуда приходят ежемесячные переводы? Это совершенно не имеет значения.
Эш устало откинулась на спинку скамейки и закрыла глаза. Смысла не было. Не было ни в чем. А если подумать, то совершенно незачем было жить…
– Я согласна. Ты дашь мне контроль, я добуду для тебя Просперо. Буду для тебя бегать хомячком в колесе… еще раз.
– Ну какой-такой хомячок-шмомячок, – насупился Аурум. – Морская свинка, чистокровной лабораторной породы. Да, и по морде меня больше не бей. Больно очень.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *